После этого я каждый вечер чувствовал, что физическое наслаждение требует для своего удовлетворения не только служанки оно требует уединенной деревянной комнаты.тем не менее я до самого отъезда из Донсьера ходил туда, где ужинал Робер со своими приятелями, ходил по привычке, из дружеских чувств. Но и о той гостинице, где ужинал Робер с приятелями, я тоже давно не вспоминал.
Мы не пользуемся жизнью, мы обрываем то время, когда мы как будто уже начали наслаждаться душевным покоем, когда мы предощущаем нечто отрадное, и это время растворяется в летних сумерках и рано настающих зимних ночах.все же это не совсем знакомства потерянное время. Когда запоют в свой черед новые радостные мгновения, которые иначе промелькнули бы мимо нас, такие же шаткие, невесомые, оно, это время, спешит подвести под них фундамент, придать им мощь нарядной оркестровки.
Если бы мое призвание обнаружилось в тот вечер, то экипаж, в котором я ехал, заслуживал бы более прочного запечатления в моей памяти, чем экипаж доктора Перспье, на козлах которого я сочинил краткое описание как раз недавно мной отысканное, исправленное и напрасно посланное в Фигаро мартенвильских колоколен.
Не оттого ли, что протекшие годы оживают для нас не в непрерывной последовательности, день за днем, а в разрозненных воспоминаниях, погруженных в прохладу или в осиянность какого-нибудь утра или вечера, прячущихся под тенью укромного, отъединенного, неподвижного, установившегося, глухого уголка природы, далекого от всего на свете, в силу чего не только постепенно происходящие внешние изменения, но и совершающиеся в наших мечтах и в нашем развивающемся характере, незаметно приводящие нас от одной поры жизни к другой, совершенно непохожей на прежнюю, стираются, не оттого ли, когда мы оживляем воспоминание, относящееся к иному времени, мы обнаруживаем между ними из-за пробелов, из-за того, что существует обширная область забвения, как бы провал, разделяющий две неодинаковые вершины, как бы несравнимость воздуха и света А между моими последовательными воспоминаниями о Комбре, Донсьере и Ривбеле я чувствовал сейчас не только временное расстояние я чувствовал расстояние, какое должно бы существовать между разными мирами, где материя неодинакова.
Если б я решился воссоздать в произведении искусства материал, из которого мне представлялись высеченными мои самые неинтересные воспоминания о Ривбеле, мне пришлось бы прослоить розовым, сделать прозрачным и вместе с тем плотным, освежающим и звонким вещество, похожее на темный шероховатый песчаник Комбре Но тут Робер, сказав извозчику, куда ехать, усадил меня и сам сел в экипаж.
Мысли, пришедшие мне в голову, рассеялись. Ведь это богини, которые изредка удостаивают своим посещением одинокого смертного на повороте или даже в комнате, когда он спит остановившись в дверях, они приносят ему благую весть.
Но если мы с кем-нибудь вдвоем, они исчезают собираясь в кружок, люди их не видят.снова попал в плен к дружбе Робер с самого начала предупредил меня, что на улице темно от тумана, но, пока мы с ним разговаривали, туман стал еще плотнее.